Читаем без скачивания [Яой] Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея/ The Scum Villain’s [Self-Saving] System - Мосян Тунсю

— В любом случае, заботиться о нём предстоит не тебе, — тотчас насупилась Нин Инъин. — Учитель наверняка отдаст его А-Ло. — Подняв глаза на Шэнь Цинцю, она спросила: — Учитель, а где вы его изловили?

— Это — подарок от лорда пика Байчжань в благодарность за чай.

— Учитель, мне не нравятся адепты Байчжань, они такие гадкие, — проворчала при этих словах Нин Инъин. — В прошлый раз они, пользуясь своими боевыми навыками, гонялись за А-Ло, чтобы избить его…

«А вот это, как раз, совершенно нормально», — заключил про себя Шан Цинхуа. Вражда между пиком Байчжань и Ло Бинхэ была вполне естественной, являя собой своего рода инстинкт примитивных существ, подсказывающий им, что рядом укрывается зло. И это вовсе не в обиду будь сказано — Шан Цинхуа и сам был истинным фанатом пика Байчжань.

Излив свои печали, Нин Инъин потребовала:

— Учитель, вы должны помочь нам проучить их как следует!

— Пф-ф… — Задохнувшись, Шэнь Цинцю повернулся к Шан Цинхуа и с усмешкой бросил: — Хе-хе, этот ребёнок сам не понимает, что говорит. Нам ведь следует сохранять добрые отношения с нашими соседями, и как, по-вашему, я могу «проучить» их, не навредив нашей дружбе?

Вежливо посмеявшись в знак солидарности, Шан Цинхуа прямо-таки присосался к своей чашке с чаем.

Сестричка Инъин, твоему учителю не потребуется для этого даже шевельнуть пальцем — Лю Цингэ сам уже сполна их проучил — такая уж у них специализация: Лю Цингэ отвечает за подобного рода «уроки», а Шэнь Цинцю — за «дружбу и добрые отношения» — видали вы когда-нибудь подобного лицемера?!

Теперь-то душа Шан Цинхуа была спокойна: Шэнь Цинцю, даже пережив потерю памяти, по-прежнему оставался старым добрым коварным злодеем!

Тем временем Ло Бинхэ взял кулёк чайных листьев и явился в комнату, чтобы преподнести его Шан Цинхуа. Вручая ему свёрток, Шэнь Цинцю торжественно заявил:

— Вот, шиди — мы давно задолжали пику Аньдин за вашу неусыпную заботу о нас.

Порядком обескураженная, но всё ещё полная боевого пыла Нин Инъин продолжала настаивать:

— Учитель, вам непременно нужно помочь А-Ло отыграться!

Не в силах больше этого выносить, Шэнь Цинцю заявил:

— Инъин, ступай, поиграй на улице.

— Мне вовсе ни к чему отыгрываться или что-то в этом роде, — поспешил заверить его Ло Бинхэ. — Этого ученика огорчает лишь то, что он роняет честь учителя и пика Цинцзин, проигрывая им в мастерстве.

— Просто твои основы не столь хороши, потому ты пока за ними не поспеваешь, — поспешил утешить его Шэнь Цинцю. — Но если будешь усердно заниматься, то ты скоро их превзойдёшь.

— Вот только, чтобы превзойти адептов пика Ста Битв, такому, как он, понадобится не менее сотни лет, — буркнул Мин Фань.

— Раз ты так презираешь своих сотоварищей с пика Цинцзин, в частности, А-Ло, — не на шутку разгневалась Нин Инъин, — так почему бы тебе не отправится на свой обожаемый пик Байчжань — и посмотрим, примут они тебя или нет!

— Разве я не велел тебе пойти поиграть? — оборвал её Шэнь Цинцю с таким видом, словно хотел отвесить себе фэйспалм. — Почему же ты всё ещё здесь? Бинхэ, выведи их отсюда поскорее, хватит уже позориться!

— Хорошо, учитель — но что насчёт этого существа: мы его оставляем или едим?..

Шан Цинхуа почувствовал, что его сердце вот-вот не выдержит.

Шэнь Цинцю заделался образцовым учителем начальных классов [15], а Ло Бинхэ — его маленьким ватным халатиком! Какого чёрта тут вообще творится?!

«И не говорите мне, что на самом деле всё это — часть коварного плана Шэнь Цинцю, который околачивается на пике Байчжань, лишь чтобы поиздеваться и над ними, и над Ло Бинхэ!» — неистовствовал про себя Шан Цинхуа.

А эта отеческая забота — тьфу-тьфу — и почитание, граничащее с обожанием [16] — тьфу-тьфу — а также внимание, каковое полагается оказывать разве что почётному гостю [17]! В сравнении с этим дружеские тренировки с Лю Цингэ — сущая ерунда! Если так дальше пойдёт, то эти двое и впрямь примутся заигрывать друг с другом — ТЬФУ!!! — в то время как им обоим полагается быть натуралами — и тогда Шан Цинхуа навернёт цзиня три отборного дерьма.

При этой мысли Сян Тянь Да Фэйцзи задумался не на шутку. У него всегда было туговато с идиомами [18] — и, как правило, все они уходили на описание несравненной внешности Лю Минъянь. Наиболее часто используемыми в его арсенале были «трепетно вздымающаяся белоснежная грудь» и «можно сбить с ног единым вздохом». Ну а это «оказывать друг другу уважение, словно почётному гостю» абсолютно никуда не годилось! Хотя в образном его значении, похоже, очень даже сюда подходит…

В то время яростно борющийся за жизнь Сян Тянь Да Фэйцзи и не подозревал о том, что главного злодея Шэнь Цинцю подменил его извечный хейтер — Непревзойдённый Огурец…

Тогда он не раз поминал своего соперника отнюдь не добрым словом, желая ему никогда не воспользоваться своим огурцом по назначению — кто ж знал, что отчасти его проклятие сбудется?

***

В те дни настроение Бин-гэ было особенно паршивым.

И Шан Цинхуа мог его понять: гордый главный герой, который в оригинальном романе был способен в одиночку перевернуть Небеса, наконец-то сумел заполучить Шэнь Цинцю и заточил его — да-да, просто заточил, и ничего больше.

Вот вы можете в это поверить?! Да даже он, автор сего творения, не мог!

Подвластный его перу Бин-гэ действовал исключительно по принципу: «пока главный герой удовлетворён, читатель доволен» — так что он попросту отжарил [19] бы Шэнь Цинцю сотни раз кряду, словно блин (и это никак не связано с личными счётами Непревзойдённого Огурца и Сян Тянь Да Фэйцзи, правда-правда!). Разумеется, позы, места и обстоятельства могут быть разными — ну и в процессе, само собой, он станет куда уступчивее, ибо при многократной отжарке не могут не зародиться чувства…

Примечания:

[1] Цзи Цзюэ — 季珏 (Jì Jué) — в пер. с кит. фамилия означает «младший (из четырёх детей), имя — «пара драгоценных камней».

[2] Берегите себя — в оригинале 慢走 (mànzǒu) — в пер. с кит. это выражение также значит «идите медленнее», «не торопитесь» — эта фраза обычна при расставании.

[3] Из ряда вон выходящее — в оригинале 石破天惊